НЕРВНО-ПСИХИЧЕСКОЕ ЗДОРОВЬЕ ДЕТЕЙ И ПОДРОСТКОВ ПОСЛЕ СМЕРТИ РОДИТЕЛЕЙ В ОТДАЛЕННОМ ПЕРИОДЕ

Смерть матери или отца резко нарушает функции семьи в целом. Расстра­ивается здоровье и благополучие каждого ее члена. Положение семьи может осложниться материальными трудностями при потере отца кормильца и от­сутствием необходимой душевной поддержки при кончине матери. Потеря родителя тяжело переживается детьми любого возраста. В раннем возрасте дети, теряя мать или отца, заболевают аналитической депрессией. В стар­шем возрасте, начиная с 3,5-4 лет, смерть родителя сопровождается печалью, сходной с переживаниями взрослых. Процесс преодоления стресса у детей зависит от фазы психического развития, ранних психотравм, обстоятельств смерти родителя, изменения привычной обстановки, домашнего окружения, взаимоотношений в семье, наличия эмоциональной поддержки со стороны родных. Кроме того, физическое и психическое состояние родителя или дру­гого члена семьи, продолжающего воспитание, также сказывается на их здо-

351

ровье. Стресс потери родителя может вызвать тяжелую непосредственную реакцию, которая, продолжаясь, либо препятствует развитию личности, либо способствует возникновению нервно-психических расстройств.

Для оценки длительных и отдаленных нервно-психических расстройств нами были проанализированы 75 детей, потерявших своих родителей. Они были разделены на 4 группы:

1. Подростки-мальчики от 12 до 15 лет (16 чел.).

2. Подростки-девочки от 12 до 15 лет (22 чел.).

3. Мальчики от 5 до 11 лет (15 чел.).

4. Девочки от 5 до 11 лет (22 чел.).

Мальчики-подростки

В психопатологии мальчиков-подростков (1 группа) преобладали аффек­тивные расстройства: у 10 — аффективная возбудимость, у 8 — страхи, у 7 — стремление к одиночеству и еще у 3 — депрессия. В 15 случаях отмечены рас­торможенные влечения, в том числе, в 9 — агрессивность, в 4 — бродяжниче­ство и в 2 — сексуальная расторможенность. Саморазрушающее поведение встречалось у многих подростков: суицидальные мысли и поступки (6), пере­живания в связи со смертью (2), алкоголизация и наркотизация (7). Психосо­матические расстройства были отмечены у всех подростков этой группы за исключением одного. Психопатологическая симптоматика была обнаружена в рамках следующих симптомокомплексов: пароксизмальных, бредовых, гал­люцинаторных, депрессивных, тревожных, агрессивных, бродяжничества и аффективной возбудимости.

Описанные больные по диагнозам распределялись следующим образом: эпилепсия (1), умственная отсталость (2), изменения личности (5), неврозо­подобные расстройства (1) и психозы (7). В этиологии описываемых рас­стройств помимо стресса потери эмоционально значимой фигуры принимали участие и другие факторы: явные и тяжелые психотравмирующие обстоятель­ства — в 12 случаях, последствия органических повреждений ЦНС — в 13 слу­чаях, наследственная отягощенность нервно-психическими расстройствами — в 14 случаях, соматические болезни — в 5 случаях.

Особенностями трагической ситуации у подростков этой группы были те, что у большинства (9) умерли матери. Насильственная смерть родителей от­мечена у 2-х подростков, суициды — у 5 и смерть вследствие болезни — у 9. Половина подростков пережила смерть родителя за 5—13 лет до госпитализа­ции, 6 — за 1—4 года, 2 — не могли назвать время кончины родителя.

В переживаниях тех 7 больных, которые страдали психозами, была отра­жена тема смерти. Среди галлюцинаций были видения покойников, голоса умерших родных. Мысли были сосредоточены на боязни уничтожения, убий­ства, заражения, разрушения и болезни. В этой связи подростки предприни­мали особые меры безопасности, ограничивали себя в еде, сторонились животных, людей, опасались окон и форточек. У 3-х, кроме того, было суи­цидальное поведение. Возможно, следствием переживания смерти у 7 непси-

352

хотических больных было саморазрушающее поведение, а у 1 — го страх за свою жизнь. Еще у 1-го — в психотическом поведении была отмечена обнаженная сексуальность.

Девочки-подростки

На первом месте у девочек-подростков (2 группа) были аффективные рас­стройства: стремление к уединению (5), явная депрессия (10), страхи, в том числе, страхи смерти (11) и аффективная возбудимость (16). О наличии рас­торможенных влечений можно было судить по имевшейся у 12 девочек агрес­сивности, у 11 — сексуальных и садистических проявлений, и у 7 — склонно­сти бродяжничеству. Саморазрушающее поведение отмечено у 8 девочек, пытавшихся покончить собой, у 7 девочек, терзавшихся мыслями о смерти и у 3-х — с аддиктивным поведением. Психосоматические расстройства выяв­лены у 13, диссомния у 10 и астения еще у 10 девочек.

Наблюдавшиеся у них симптомы описывались в рамках следующих симп- томокомплексов: депрессии (5), тревожности (3), агрессивности (6), аффек­тивной возбудимости (4), психической анорексии (1), астении (1), суицидаль­ного поведения (1) и интеллектуальной недостаточности (1). У больных этой группы были умственная отсталость (5), психозы (11), невротические и ситу­ативные реакции (4), а также изменения личности (2).

Среди этиопатогенетических факторов, наряду с потерей родителя, были переживания неблагоприятных обстоятельств у 14, резидуально-органичес­кие повреждения ЦНС у 18, наследственная отягощенность нервно-психи­ческими расстройствами у 18 и соматическими заболеваниями у 9 больных.

В этой группе преобладали переживания потери отца (15). Смерть родите­лей насильственной была в 6 случаях, последствием суицида в 5 случаях и вследствие заболевания в 11 случаях. У половины больных этой группы поте­ря родителя произошла за 5—15 лет до госпитализации, у остальных за более короткий срок. В психотической симптоматике 11 больных этой группы на­шли отражение отзвуки реакции на утрату, тема смерти. У 7 — имели место переживания бессмысленности существования, страх смерти, угрозы жизни, стремление вернуть умершего. У 6 — было суицидальное и аутоагрессивное поведение. В симптоматике умственно отсталых детей были суицидальные намерения, расторможенные влечения, а также психосоматические расстрой­ства, являющиеся отражением перенесенного стресса потери. У всех девочек с психогенными расстройствами были расторможенные влечения в форме агрессивности, гиперсексуальности или суицидального поведения.

Мальчики

Эмоциональные расстройства в 3-й группе представлены аффективной воз­будимостью у 12 мальчиков, стремлением к одиночеству у 3-х детей, депрес­сией у 4 и страхами у 5. Расторможенные влечения наблюдались в форме аг­рессии (11), садизма (2) и бродяжничества (7). Аутоагрессивное поведение

353

выражалось в суицидальном поведении у 6 и в токсикоманических опытах у 1 мальчика. У большинства детей (11) наблюдались психосоматические рас­стройства.

Выявленная симптоматика оценивалась как задержка психического раз­вития (1), умственная отсталость (4), тревожно-галлюцинаторное (1), аутис­тическое (1), гебоидное (1), неврозоподобное (3), психопатоподобные состо­яния (5). В 3-х случаях сочетавшиеся с задержкой психического развития. Больным этой группы были поставлены следующие диагнозы: шизофрения

(3) , умственная отсталость (4), приспособительная реакция, непсихотическое расстройство (3), изменение личности резидуально-органического генеза (1), задержка психического развития с психопатоподобным или неврозоподоб­ным синдромом (4). Психотравмирующие обстоятельства помимо утраты родителя были у 9 больных, резидуальная патология ЦНС у 10 больных, на­следственная отягощенность психическими заболеваниями у 8 больных и со­матическими у 7 мальчиков.

Большая часть мальчиков потеряла отцов (11) и лишь меньшая — матерей

(4) . Насильственная смерть была у 4-х, самоубийство — у 2-х, смерть вслед­ствие болезни — у 9 родителей. Более половины детей потеряли родителя за 5—8 лет до госпитализации, свыше трети — за ^3 года. Отражение пережи­ваний смерти у 3 психотических больных выразилось в мыслях о сожжении, отравлении, страхе убийства самого ребенка, в отказе от общения, в истяза­ниях или убийствах животных. Четверо детей с умственной отсталостью свое отношение к смерти бессознательно выразили в аутоагрессии, уходах, аффек­тивных реакциях. У мальчиков с поведенческими отклонениями (8) явных проявлений темы смерти в переживаниях не было, преобладали те эквива­ленты депрессии, которые свойственны детству.

Девочки

На первом месте среди психопатологической симптоматики у девочек 4-й группы были аффективные расстройства с преобладанием в клинической кар­тине страха (9), стремления к уединению (5), выраженного снижения настро­ения (5) и аффективной возбудимости (16). У большинства девочек были ра­сторможены влечения, они были агрессивными (12), сексуальными (10), уходили из дома (9). Саморазрушающее поведение отмечено в форме мыслей о смерти (8) и суицидального поведения (3). У многих девочек имелись также психосоматические расстройства (10), диссомния и астения (14). Перечис­ленные симптомы складывались в различные симптомокомплексы: депрес­сии (3), тревожности (5), агрессивности (9) и аффективной возбудимости (1). Девочкам были поставлены следующие диагнозы: психоз (3), умственная от­сталость (6), невроз (5) и расстройство личности (8). Нервно-психические расстройства у 18 девочек возникли с участием дополнительных психотрав­мирующих обстоятельств, у 17 — с резидуальной патологией ЦНС, на фоне наследственной отягощенности психическими заболеваниями (17) и сомати­ческими болезнями (6).

В 19 случаях девочки потеряли отца и в 3-х — мать. У 6 детей родитель погиб от насильственной смерти, еще у 6 — покончив с собой и у 10 — от соматической болезни. В психопатологии тема смерти нашла прямое отра­жение лишь у одной из 3-х девочек с психозом. Она боялась отравления мате­рью. У остальных была либо немотивированная тревога, либо садистическая агрессия. У девочек с умственной отсталостью последствия потери не отра­жались явно в их переживаниях. У них были аффективные, психосоматичес­кие расстройства или расторможенность влечений. У девочек с поведенчес­кими расстройствами отражением переживаний потери родителя можно считать намерения покончить с жизнью, переживания смерти и боязнь уме­реть. В фантазиях и представлениях детей были оклики покойного родителя, опасения собственной смерти. Расторможенность влечений выражалась в пи­романии, в склонности создавать ситуации повышенного риска.

Представленные материалы позволяют заключить, что особенности нерв­но-психических расстройств у детей, переживших потерю, зависят от возрас­та. У подростков в 3 раза чаще, чем у детей, встречаются психозы. У них же аддиктивное поведение наблюдается в 10 раз и суицидальные намерения в 3 раза чаще, чем у детей. Психосоматические расстройства отмечаются в 2,5 раза, депрессия и стремление к уединению в 1,5 раза, а страхи в 1,4 раза чаще, чем у детей. В то же время у детей более распространены, чем у подрост­ков, изменения личности (в 2 раза), эмоционально-поведенческие нарушения (в 1,5 раза) и умственная отсталость (в 1,4 раза). У них также чаще отмечаются бродяжничество, аффективная возбудимость, агрессивность, тревожащие мысли о собственной смерти и астения.

На особенностях психопатологии сказались также и половые различия больных. У мальчиков чаще наблюдались изменения личности, а у девочек — умственная отсталость и эмоционально-поведенческие нарушения. У маль­чиков более распространены стремление к уединению, агрессивность, ад — диктивное поведение, психосоматические расстройства. У девочек чаще от­мечались страхи, депрессии, уходы из дома, преждевременно развившаяся сексуальность, беспокоящие мысли о смерти, расстройства сна и астения.

Своеобразием клинических проявлений изучавшихся больных следует счи­тать отражение темы смерти, переживаний утраты, страх перед своей кончи­ной. Эта тематика была отмечена у всех 18 психотических подростков и 4-х де­тей (из 6 с психозами).У непсихотических подростков и детей отношение к смерти выражалось в аутоагрессивном поведении, в страхах за свою жизнь, а также в беспокоящих мыслях о смерти. В клинической картине большинства больных отмечены явные аффективные расстройства. Так, страхи были у 33 больных, а явные признаки депрессии у 22 больных. Можно предположить, что этот аффективный фон — отражение накопившихся переживаний дет­ства, незащищенности при столкновении со средой. Именно этот эмоцио­нальный фон, по-видимому, создавал у многих детей условия для возникно­вения тревожащих мыслей о смерти (12). Он был также основой для развития аутоагрессивности, суицидального (19), а также аддиктивного поведения (11). У значительной части наблюдавшихся больных выявлены расторможенные

355

инстинктивные проявления: необузданная агрессивность (44), стремление к уходам и бродяжничество (27), преждевременно проявившаяся сексуальность (23) и садизм (2). Возможно, что эти проявления — отражение незрелости личности, формировавшейся в условиях неполной семьи и отсутствии объек­та для идентификации. Психосоматические расстройства, наблюдавшиеся у 49 больных, могут быть расценены как эквиваленты депрессивных проявле­ний, тем более что эти расстройства сочетались с явной аффективной симп­томатикой.

Обращает также на себя внимание факт преобладания потери отцов у де­вушек (15 из 22) и девочек (19 из 22) и матерей у подростков-мальчиков (9 из 16). У мальчиков так же, как и у девочек, преобладали потери отцов (11 отцов из 15). Учитывая, что смерти молодых мужчин значительно преобладают над уходами из жизни молодых женщин, трудно объяснить нарушение этой про­порции в случае подростков-мальчиков. Можно лишь предположить возник­новение особой ранимости, приведшей к психическим расстройствам, у маль­чиков, потерявших матерей и длительное время воспитывавшихся без их участия.

Таким образом, переживания смерти родителя, отношение к процессу уми­рания, наряду с последующими трудностями взаимоотношений с окружаю­щими у детей и подростков с недостаточно зрелой личностью, становятся в одних случаях содержанием, а в других формой психопатологии. В значитель­ной степени этому способствуют отягощенная наследственность. В форми­ровании психопатологии участвуют также последствия органических повреж­дений ЦНС и неблагоприятные условия жизни.

Предупреждение возникновения нервно-психических расстройств в отда­ленном периоде после потери ребенком эмоционально значимой фигуры во многом зависит от качества его воспитания членами семьи, пережившими смерть близкого человека, от организации его жизни и учебы. Облегчить сохранение психического здоровья ребенка, потерявшего родителя, может своевременное назначение психотерапии ребенку и его семье. Во многих слу­чаях необходимо также своевременное применение соответствующих меди­каментозных препаратов, как в первый период после потери, так и при пер­вых признаках психосоматических или психических отклонений.

Updated: 07.01.2014 — 22:01

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *